Тэм-Лин

Прекрасная Дженет была дочерью одного графа. Он жил на юге Шотландии в замке из серого камня, у зеленых лугов. Однажды девушке наскучило сидеть за шитьем в своей светелке, наскучило подолгу играть в шахматы с дамами, что жили в замке, и вот она надела зеленое платье, заплела в косу свои золотистые волосы и ушла одна в густые леса Картерхоу.

В этот ясный солнечный день она бродила в зеленой тени по тихим полянам, поросшим пышной травой. Белые колокольчики ковром расстилались под ее ногами, всюду буйно цвел шиповник. И вот Дженет протянула руку и сорвала белый цветок, чтобы заткнуть его за пояс. Но едва сорвала, на тропинке перед нею внезапно появился юноша.

— Как ты смеешь рвать наши дикие розы и бродить здесь, в лесу Картерхоу, без моего разрешения? — спросил он Дженет.
— Я не хотела сделать ничего дурного, — оправдывалась она.
— А я страж этих лесов и слежу за тем, чтобы никто не нарушал их покоя, — сказал юноша и улыбнулся медленно — словно нехотя, как человек, что не улыбался давно. Потом он сорвал с куста алый цветок, что расцвел рядом с белым, и добавил: — Однако я с радостью отдал бы все розы Картерхоу такой красавице, как ты.

И он протянул девушке алый цветок шиповника.

— Кто же ты, сладкоречивый юноша? — спросила Дженет и взяла цветок.
— Меня зовут Тэм-Лин, — ответил юноша.
— Я о тебе слыхала! Ты рыцарь из племени эльфов! — в страхе воскликнула Дженет и отбросила цветок.
— Не бойся, прекрасная Дженет, — молвил Тэм-Лин. — Хоть люди и зовут меня рыцарем-эльфом, но родился я смертным, как и ты сама.

И тут Дженет с удивлением выслушала его рассказ.

— Мои родители умерли, когда я был ребенком, — начал Тэм-Лин, — и мой дед, граф Роксбро, взял меня к себе. Однажды мы охотились в этих самых лесах, и вдруг с севера подул какой-то странный холодный ветер, такой резкий, что чудилось, будто он продувает каждый листок на дереве. А меня одолела дремота. Я отстал от своих спутников и наконец свалился с коня в тяжком сне, а когда проснулся, увидел, что попал в страну эльфов. Их королева явилась, пока я спал, и похитила меня.

Тэм-Лин помолчал, словно вспоминая о зеленой неземной стране эльфов.

— С тех пор, — продолжал он, — я крепко связан чарами королевы эльфов. Днем я сторожу леса Картерхоу, а ночью возвращаюсь в ее страну. О Дженет, как мне хочется вернуться к жизни смертных! Всем сердцем жажду я, чтобы меня расколдовали.
Он проговорил это с такой скорбью, что Дженет воскликнула:
— Неужто это невозможно?

Тэм-Лин взял ее руки в свои и промолвил:
— Завтра день всех святых, Дженет. В эту и только в эту ночь могу я вернуться к жизни смертных. Ведь в канун дня всех святых эльфы катаются верхом и я катаюсь вместе с ними.
— Скажи мне, как могу я тебе помочь, — попросила Дженет. — Я всем сердцем хочу тебя расколдовать.
— В полночь пойди на распутье, — сказал Тэм-Лин, — и там жди, пока не появятся эльфы. Когда подъедет их первым отряд, ты стой недвижно — пусть они проедут мимо. Пропусти и второй отряд. А в третьем отряде я буду ехать верхом на коне, белом, как молоко. На голове у меня будет золотой венец… Тогда, Дженет, ты подбеги ко мне, стащи меня с коня и обними. И во что бы меня ни превращали, держи меня крепко — не выпускай из своих объятий. Так ты вернешь меня к людям.

Вскоре после полуночи Дженет поспешила на распутье и там стала ждать, укрывшись за изгородью из терновника. Светила луна, поблескивала вода в канавах. Терновник отбрасывал на землю причудливые тени, таинственно шелестели ветви деревьев.
И вот Дженет услышала, как с той стороны, откуда дул ветер, донесся тихий звон бубенчиков на конских уздечках, и догадалась, что кони эльфов уже близко.

Дрожь пробежала по ее телу. Она плотнее закуталась в плащ и стала всматриваться в дорогу. Сначала она различила слабый блеск серебряной сбруи, потом — белую сверкающую бляху на лбу переднего коня. И вот появились всадники-эльфы. Их бледные тонкие лица были обращены к луне, диковинные кудри развевались по ветру.

Проехал первый отряд во главе с самой королевой эльфов. Она сидела на вороном коне. Дженет стояла недвижно и пропустила первый отряд. Не шелохнулась она и когда проехал второй отряд. Но в третьем отряде она увидела Тэм-Лина. Он сидел на коне, белом, как молоко, а на голове его сверкал золотой венец. Тогда Дженет выбежала из-за терновой изгороди, схватила белого коня за уздечку, а всадника стащила на землю и обняла.

И тут поднялся нечеловеческий крик:
— Тэм-Лин пропал!
Королева эльфов рывком натянула поводья, и ее вороной конь встал на дыбы. Всадница обернулась и вперила свои прекрасные неземные глаза в Дженет и Тэм-Лина. И силою ее чар Тэм-Лин стал съеживаться и сжиматься в объятиях Дженет и превратился в маленькую шершавую ящерицу. Но Дженет не выпустила ее из рук, а прижала к сердцу.

И вдруг она почувствовала, что в руках у нее что-то скользкое — это ящерица превратилась в холодную змею и обвилась вокруг ее шеи. Но Дженет не выпустила и змеи — держала ее крепко.

Тут острая боль обожгла ей руки — холодная змея превратилась в раскаленный докрасна железный брус. Слезы потекли по щекам Дженет — так ей было больно, — но она крепко держала Тэм-Лина — не выпускала его из рук.

Тогда королева эльфов наконец поняла, что потеряла своего пленника, потому что его преданно полюбила смертная женщина. И королева эльфов вернула Тэм-Лину его прежний облик — он снова стал человеком. Но он был наг, как новорожденный младенец, и Дженет с торжеством закутала его в свой зеленый плащ.

Всадники-эльфы отъехали. Чья-то тонкая зеленая рука взяла за повод белого коня, на котором ехал Тэм-Лин, и увела его. И тут послышался скорбный голос королевы эльфов:
— Был у меня рыцарь, самый прекрасный из всех моих всадников, и я его потеряла! Он вернулся в мир смертных. Прощай, Тэм-Лин! Если б я знала, что смертная женщина завоюет тебя своей любовью, я вынула бы твое сердце из плоти и крови и вместо него вложила бы тебе в грудь сердце из камня. И если б я знала, что прекрасная Дженет придет в Картерхоу, я вынула бы твои серые глаза и вставила бы тебе глаза из дерева!

Пока она говорила, забрезжил слабый свет зари, и всадники-эльфы с нечеловеческими криками пришпорили своих коней и исчезли вместе с ночью. И когда замер тихий звон бубенчиков на конских уздечках, Тэм-Лин взял обожженные руки Дженет в свои, и они вместе вернулись в замок из серого камня, где жил ее отец.


Добавить комментарий