Небылицы

Жили когда-то три брата. Жили не так уж богато. На троих-то была одна хата да и та худовата.
Старшие братья умны, языкасты, а младший брат Иван — дурак и молчун.

Вот поехали они однажды в лес по дрова. Топорами намахались, уморились, есть захотели. Взялись кашу варить. Пшена в котёл насыпали, воды налили, а огнива-то нет, дома забыли. Как быть?

Старший брат самый умный был, он на дерево залез, туда-сюда поглядел и видит: невдалеке на полянке костерок горит, возле него старичок сидит.
«Вот где я добуду огня!» — смекнул старший брат.

Подошёл он к костерку и говорит старику:
— Дедушка, дай огоньку!
— Экой ты прыткий,— отвечает старик.— Ты меня сперва повесели, сказку расскажи, да не шути со мной — ответишь спиной!
— Это как?
— А так: байка нескладная мне не нужна — узнает плётку твоя спина! А ну, сказывай сказку!

Старший брат час думал, два часа в затылке чесал и говорит:
— Нет, дедушка, я не горазд.
— А когда не горазд, кто ж огня тебе даст? Старик взял плётку, парня наземь повалил да так
его плёткой отходил, что тот всё перезабыл. Ни с чем старший вернулся к братьям. Средний ему говорит:
— Эх, растяпа, не принёс огня! Поучись-ка, брат, у меня!

И пошёл к старику:
— Дедушка, дай огоньку!
— Ты меня сперва развесели, сказку расскажи. Да не шути со мной — ответишь спиной!
Средний брат два часа думал, три часа в затылке чесал и говорит:
— Нет, дедушка, я не горазд.
— А когда не горазд, кто ж огня тебе даст? Старик и среднего брата хорошенько плёткой проучил. Ни с чем и тот вернулся назад.

Вот меньшой брат. Иван, пошёл к старику:
— Дедушка, дай огоньку!
— Сказку сперва расскажи.
— Я б рассказал, да ты перечить станешь, закричишь: «Неправда, не было такого!»
— Нет, не стану перечить, сказывай.
— Тогда уговор: не перебивать. Как перебьёшь, как закричишь: «Не было такого!»—так и отхожу тебя той самой плёткой, какой ты братьев моих угощал.
— Согласен, начинай.
— Слушай, дед. Был я мал, да удал. Пошёл как-то в лес. Вижу дерево, в нём — дупло, в дупле — гнездо, в гнезде — жареные перепела. Сунул руку в дупло — не лезет, сунул ногу — не лезет. Тогда я изловчился, подпрыгнул и влетел в дупло. Жареные перепела горой лежат, другой сказал бы: мало, а я наелся до отвала. Захотел на волю, ан не тут-то было! Больно растолстел, а дыра мала. Ну, я-то догадлив был, домой за топором сходил, дыру топориком пошире прорубил и вылез на волю. Так ли, дед?
— Так, мой свет.
— Потом я заткнул топорик за пояс, сел на пегонь-ку лошадёнку и поехал в лес по дрова. Лошадка бежит — трюх-трюх, а топорик-то сзади — стук-стук. Так половину лошадки и отсек. Я оглянулся — нет задней половины, на двух ногах ушла невесть куда. Я кинулся искать. Вижу: задок моей лошадки по зелёной травке гуляет. Я поймал его, лыком к передку пришил, стала лошадь бегать лучше прежнего. Я дров нарубил, полный воз нагрузил да как гаркну. А лошадь сгоряча хватила да по уши в грязь угодила. Я — за дедом. Дед был умён, а я догадлив. Схватили мы лошадь за хвост и давай тянуть. Да так вдвоём потащили, что шкуру долой стащили! Что делать? Пришли домой, горюем.

Глядь — лошадь у ворот, сама пришла. Я радуюсь: и лошадь дома и шкура вдобавок! Так ли, дед?
— Всё так, мой свет.
— Вот сел я на лошадь и поехал по лесу. Вижу, огромный дуб растёт, вершиной в небо упирается.

Думаю себе: дай-ка посмотрю, что там на небе. Залез и узнал: скотина там совсем дешёвая, а мухи да комары в цене. Ну, думаю, удача мне. Слез на землю, наловил мух и комаров полный кошель и опять вскарабкался на небо. И давай торговать: отдаю муху с мушонком, за них беру корову с телёнком, отдаю комара, а взамен беру быка! Сколько я набрал скотины — нет ей числа!

А у нашего попа — завидущие глаза. Он тот дуб взяд да свалил да к себе на двор стащил. Я собрался с добычей на землю ворочаться, а дуба нет. Как с неба слезть? А я догадлив был, всю скотину перерезал,, ведь дармовая она, и давай из шкур верёвку вязать. Длинную связал. Один конец за край неба зацепил, другой вниз бросил и начал спускаться. Хоть и длинна верёвка была, но до земли не достала, а прыгать боюсь. Как быть? А я догадлив был. Вижу, внизу мужик овёс веет, полова по ветру вверх летит, а я её хватаю да верёвку мотаю. Вдруг сильный ветер задул да так меня раскачал! Лечу то туда, то сюда, вниз гляжу: то Питер, то Москва! Лопнула верёвка из половы, упал я в трясину, в зелёную тину.

Торчит одна голова, ни туда ни сюда. На моей голове утка гнездо свила, яиц нанесла, утят вывела. А я не тужу, туда-сюда гляжу. Прибежал серый волк, всех утят уволок. «А за уткой приду — всё гнездо разорю!» Я дождался волка, ко гда он за уткой пришёл, и хвать его за хвост! «Улк> лю!» — кричу. Волк рванулся и вытащил меня из трясины. Так ли, дед?
— Всё так, мой свет.

«Ах, чёртов старик,— думает Иван,— ничем тебя не проймёшь. Ну, послушай-ка дальше». И говорит:
— Вытащил меня волк из болота, а я есть хочу. Сейчас, думаю, дичи набью. Гляжу: тетерев на дубу. Вскинул ружьишко, прицелился, а кремня-то нет! В город за кремнём бежать — до города десять вёрст, тетерев, пожалуй, уйдёт. Что делать? Иду, задумался. Вдруг лбом о дерево — бух! Искры из глаз сыпанули. Одна искра упала на полку , ружьё бахнуло, тетерев упал да на зайца попал, а заяц сгоряча вскочил, разной дичи набил. Я дичь нагрузил на воз, на базар отвёз, торговал — не ловчил, пятьсот рублей получил! Было это, дед?
— Было, мой свет.
— Ну, я домой спешу, подъезжаю, гляжу: мой дед запряг твоего деда и возит на нём навоз целый день без обеда…

— Врёшь, дурак! Не было такого! — не вытерпел старик.
А Ивану того и надобно. Отстегал он плёткой злого старика, взял огня и воротился к братьям Вот вам сказка, а мне бубликов связка.


Добавить комментарий