Мушфики пришел в баню, но банщик его не пустил:
— У меня сейчас изволит мыться эмир и верховный судья. Когда в бане большие люди, для маленьких входа нет!
Мушфики не стал возражать. Он ушел на базар, где за малые деньги нанимают и берут напрокат все, что может понадобиться. Через час он привел к бане большого верблюда, разубранного необычайно. Спина верблюда была покрыта золототканным халатом, лоб обмотан великолепной длинной чалмой, уздечка сверкала блестками и разноцветными каменьями, какие бывают и в короне падишаха.
Мушфики потянул верблюда за собою к порогу бани, но удивленный и рассерженный банщик встал преградою на его пути:
— Что это значит?
— А то,- ответил Мушфики,- что мой верблюд побольше и судьи и эмира, да и одет не хуже, а чалма его даже длиннее! Какие же у тебя могут быть причины, чтобы не впустить моего верблюда в баню, если он захотел мыться?